Интервью Дэмиана Льюиса Esquire UK, октябрь 2013 года

«Изначально я был очень робким — до того, как мне исполнилось восемь. После этого я стал совсем не робким»

Джонни Дэвис, Esquire UK, октябрь 2013

У успеха Дэмиана Льюиса нет особого секрета. Уверенный, харизматичный, очаровательный — он, звезда шпионского триллера Homeland, был бы невыносим, если бы он не был таким забавным.

Дэмиан появляется на фотосъемке для Esquire, излучая уверенность. «Простите за опоздание, — объявляет он. — я примчался сюда по трассе М4 (шоссе, соединяющее Уэльс с Лондоном — прим. пер.). Он приехал с фестиваля Hay Festival, где вместе со своей женой, актрисой Хелен Маккрори, читал вслух избранные произведения поэтов-романтиков: Байрона, Китса и Шелли. «Мы ночевали в настоящем цыганском таборе, на матрасе на полу, — восхищается он. — Это так здорово».

Он высокий и атлетически сложенный, The Sunday Times как-то назвала его «рыжим актером высшего класса», и его присутствие всепоглощающе. Он флиртует с работницами студии. Он экспроприирует стереоустановку. Он инспектирует одежду, которую подобрали сотрудники модной команды: «Ах! У нас ведь будут галстуки?»

Кто-то включает композицию Daft Punk «Get Lucky», и он подпевает. «Моему шестилетке это нравится. Это ведь Нил Рождерс, так что в этом нет ничего плохого, но вот это вот «I’m up all night to get lucky»? Это ведь едва прикрытая порнография!»

Вот такой он, Дэмиан Льюис — уверенно стоящий на ногах, и он всегда был таким. Он провел детство в Сент-Джонс-Вуд, с отцом — состоятельным страховым брокером, и мамой, служившей в Королевском театре и театре Алмейда. Он получил блестящее образование в Итоне перед тем, как отправится в Гилдхоллскую школу музыки и театра. О своем выпуске из последней он говорит: «Я был уверен, что стану сенсацией».

«В школе Дэмиан был в какой-то мере золотым мальчиком, — говорит его брат Гарет. — У него не было с этим трудностей».

В десять лет он брал интервью у самого себя перед зеркалом в спальне: «Я думал: «Это бы хорошо смотрелось на Wogan (ток-шоу, выходившее на BBC1 с 1982 по 1992 год. — прим. пер.)«». В двадцать три он играл Гамлета в театре под открытом небом в Риджент-парке. К тридцати он оказался в США в проекте Стивена Спилберга. За последние двенадцать месяцев он добавил «Золотой глобус» в копилку к своей «Эмми», получил звание Свободного гражданина лондонского Сити и пообедал в Белом доме с президентом Обамой, который объявил Homeland, где Льюис играет завербованного «Аль-Каэдой» бывшего военнопленного, своим любимым телесериалом. (Льюис подарил «лидеру свободного мира» бокс-сет с автографами, и, что подтверждает жизненный принцип актера «Работай изо всех сил, будь бесстрашным, но никогда не забывай повеселиться», приправил презент шуткой, сгоряча написав «От одного мусульманина другому».)

Если после всего этого у вас сложилось впечатление, что Дэмиан Льюис слишком дерзкий, властный или в какой-то мере неприятный, — это ошибка. Уверенность в себе — это преимущество, а самоуверенность — слабость, а Льюис знает толк в преимуществах. Вы понимаете, что он может войти в любую комнату, в любую компанию, и она будет принадлежать ему.

«Вы выглядите достаточно загорелым, — замечает наш визажист Лиза. — Вы вообще загораете?»

«Только когда мои веснушки объединяются», — говорит он.

***

В лице сержанта Броуди «Родина», возможно, дала нам наиболее проблемного главного героя в истории телевидения: это американский морпех, который молится Аллаху в своем гараже и радостно прячет жилет шахида в семейном мини-вэне, пока его дети отправляются за пиццей. Премьера сериала состоялась менее чем через месяц после десятой годовщины 11 сентября, и для некоторых американцев это оказалось слишком. Даже те, кому он понравился, иногда чувствовали, будто бы на это им требовалось специальное разрешение. Льюис вспоминает, как люди подходили к нему на улице и говорили: «Ты тот парень, который собирается взорвать вице-президента и врет своей жене. Ты нас чертовски пугаешь, но странным образом ты нам по-своему нравишься».

Нет сомнения, что Homeland вывел телевидение на новый уровень. Его сценарий, упоминающий сокрытие данных о потерях среди мирных жителях в результате беспилотного удара в Ираке, стал поводом к написанию колонки в The New York Times, где проводились параллели с реальной внешней политикой США. Один из критиков сказал, что сериал представил «почти до опасного честный взгляд на «Аль-Каэду»».

«Это срослось с величайшей американской традицией — всепоглощающей паранойей, существующей в этой стране, — говорит Льюис. — Вам постоянно говорят, что к вам осуществляется вторжение. Американская мечта была основана на идее, что ты можешь найти кусок земли, сделать его своим домом, и у тебя появится право защищать его. Одновременно почитать Господа, бояться Бога и убивать людей, если они пытаются убить тебя, — весьма смущающее послание».

Но все это мало повлияло на глобальный успех: «Родина» стала хитом в сорока странах, от Афганистана до Вьетнама. Фабула была подготовлена двумя «выпускниками» сериалов «24» и «Секретные материалы» и вольно заимствовала сюжет израильской телевизионной драмы Hatufim, и команда проекта с самого начала видела Клэр Дэйнс в роли страдающего биполярным расстройством офицера ЦРУ Кэрри Мэттисон, но пришлось попотеть, чтобы подобрать исполнителя роли Броуди. Этот человек должен был выглядеть убедительно и в роли солдата, и в качестве конгрессмена. Он должен был выглядеть типичным американцем. Несколько претендентов «отвалились», особенно из-за того, что им не смогли подтвердить, что они будут играть хорошего парня. Потом кто-то вспомнил о Keane — «В руках бога», независимом фильме, снятом в 2004 году и рассказывающем об отце, пытающемся пережить исчезновение дочери. Там Льюис впечатляюще исполнил роль человека, балансирующего на краю безумия и отчаяния, ошивающегося в окрестностях нью-йоркского автобусного терминала, непрерывно говоря с самим собой и выводя большинство окружающих из себя.

На самом деле у Льюиса уже был опыт в американской многосерийной телевизионной драме. Так, в 2001 году HBO показал одиннадцатичасовой мини-сериал Стивена Спилберга «Братья по оружию» с бюджетом 80 миллионов долларов, представив американской общественности британских актеров Майкла Фассбендера, Джеймса Макэвоя и Тома Харди и Дэмиана Льюиса с его безупречным американским акцентом в главной роли майора Ричарда Уинтерса, за которую он был номинирован на «Золотой глобус». В 2006 году последовал сериал Life — «Жизнь как приговор», где Льюис исполнил роль психологически травмированного, погруженного в раздумья детектива Чарли Крюса, отпущенного из тюрьмы после двенадцатилетнего срока за убийства, которые он не совершал. Life получил награду Американского киноинститута как лучший телевизионный сериал.

Как выяснилось, последнее не пошло ему на пользу. Life шел два сезона, выпустили 32 эпизода, но при этом он не считался хитом: «В то время NBC был на верхушке рейтингов со «Скорой помощью», «Друзьями» и «Сайнфелдом», и, к сожалению, когда мы делали Life, они просто отдыхали на пятой точке, спуская все на тормозах». И после того как исполнительные продюсеры канала Showtime, занимающегося Homeland, позвонили Льюису, его агент чуть не упустил роль.

«Тогда, в декабре, я снимался в Манчестере в этом невероятном шоу, которое мы делали три года назад, — рассказывает он. — Я сидел у себя в отеле, они говорили: «Нам нужно решение». А я не мог связаться с Хелен». Льюис прочитал один эпизод, и предполагалось, что он должен принять решение о том, чтобы снова поехать в Лос-Анджелес. Он перезвонил агенту, но на час позже условленного.

«Я сказал: «Думаю, я скажу «да», — вспоминает он. — А он начал: «Что? Правда? Как это «Да»? Я же уже отказался». Тут я сказал: «Что? Нет, ты не отказывался. Мы с Хелен просто помотали друг другу нервы, пытаясь разобраться, должны ли мы это делать или нет как семья»».

Контракт с Льюисом был подписан 15 декабря 2010 года. Пилотную серию начали снимать 3 января. Кастинг-директора даже не видели заранее, как они будут смотреться вместе с Дэйнс.

***

Ранее в этом году Джей-Зи выпустил новый альбом, Magna Carta… Holy Grail. На нем присутствовал трек F.U.T.W. (Fuck up the World) со следующими строчками: «Feeling like a stranger in my own land / Got me feel like Brody in Homeland».

«Да, я в курсе», — говорит Льюис.

Это же круто, не правда ли?

«Это одна из самых крутых вещей, когда-либо происходивших со мной. Моя естественная среда обитания достаточно далека, так сказать, от гангста-рэперов. Факт, что я каким-то образом охватил популярную культуру от одного полюса до другого… от Королевской шекспировской компании…

До Джей-Зи?

«До Джей Зи. Я на самом деле подходил ко всем на съемочной площадке и давал послушать: «На случай, если вас вдруг заинтересует… вы слышали это?»»

***
Не последний из множества бонусов Homeland — это способность сериала помещать своих героев в невероятные ситуации, в которые действительно невозможно поверить, но которые нас «цепляют».

«В контексте этого шоу все правдоподобно, — говорит Esquire Клэр Дэйнс. — Шоу создает свои правила и остается в их рамках. Все реально в этой стране фантазий. Не стоит недооценивать этих сценаристов. Они монстры».

«Я специально попросил их не отправлять мне сценарий до самых съемок, потому что я не хочу знать, что случится дальше, — говорит Мэнди Патинкин — Саул Беренсон, таинственный наставник Кэрри из ЦРУ. — Я счастлив утверждать, что ни разу не был разочарован каким-либо из их ходов. Для них не проблема поддерживать такую интенсивность. Я становлюсь свидетелем этого каждый день».

Можно вспомнить множество упоительно нелепых моментов, которые Homeland предоставил нам в предыдущих двух сезонах, например, как Броуди в лесу сворачивает шею оперативнику «Аль-Каэды» под прикрытием, споря при этом с женой по телефону. Или организация фатального сердечного приступа у вице-президента, когда Броуди проникает в его кабинет и передает террористам серийный номер, чтобы те удаленно хакнули кардиостимулятор.

«Кардиостимулятор… На самом деле это правда, — говорит Льюис. — Когда Чейни и Рамсфелд руководили администрацией Буша, они всегда переживали, что кто-нибудь сможет получить код доступа к кардиостимулятору Чейни».

На самом деле единственная претензия Льюиса к правдоподобности «Родины» весьма приземленна: когда главный злодей Абу Назир похищает Кэрри, он отдает Броуди приказы посредством видеозвонка. «Скайпа на BlackBerry быть не может», — говорит Льюис.

В любом случае, если вам действительно хочется искать несостыковки, стоит учитывать, что шоу изначально базируется на том, что невозможно в реальности. «ЦРУ не работает на территории Америки. Этим занимается ФБР», — говорит он.

***

Третий сезон Homeland начинается через 200 дней после того, как взрыв автомобиля уничтожил штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли и запустил глобальную атаку на Броуди, который теперь стал самым разыскиваемым террористом в мире.

«Броуди в бегах, и, вы знаете, нет никакой гарантии, что мы снова увидим его, — говорит Льюис. — Здорово то, что третий сезон вернулся к чему-то, более напоминающему традиционный крутой, параноидальный, психологический триллер. Это что-то более забойное, что-то их семидесятых. Происходит множество двойной, тройной вербовки. Кто работает на кого? Множество действия в комнате, когда люди пытаются пришпилить других людей».

При отсутствии Броуди в первых двух эпизодах новый сериал сфокусируется на Лэнгли. Саул Беренсон, персонаж, которого сценаристы рассматривают как комбинацию Джорджа Смайли и Гюнтера Бахманна из романа «Особо опасен» Джона ле Карре, шпион старой школы, окажется в центре событий. Более значимые, чем раньше, роли будет у Квинна, у начальника секретных агентов Дара Адала, у беглой жены Саула, Миры. Жена Броуди забеременеет — от Броуди? От покорного Майка? Эта участница актерской группы на этот раз озадачила сценаристов.

«В январе Морене (Баккарин, которая играет Джессику Броуди) шепнули, что в следующем сезоне ее не будет, а в итоге ее там окажется очень много, — говорит Льюис. — Она подумала: «Подходящее время для того, чтобы забеременеть». Отнюдь!»

В предвкушении глобальной охоты за его персонажем Льюис обещает «интернациональный привкус». Он снимался в Пуэрто-Рико, «но это может быть не Пуэрто-Рико, когда вы это увидите». Вероятный кандидат — Венесуэла.

С учетом того, что Броуди и Кэрри теперь разделены, вы можете резонно поинтересоваться, как далеко сможет уйти шоу без из безумных отношений. Действительно, уже были спекуляции на тему того, как долго будет продолжаться участие Броуди, и не в последнюю очередь они звучали из уст человека, играющего его.

«Третий сезон мог бы стать хорошим моментом для ухода Броуди, — говорит Льюис. — Можно было бы найти замечательный способ «списать» кого-нибудь из шоу. И сериал бы это перенес, не правда ли? Я думаю, что единственный человек, без которого нельзя было бы продолжать, — это Кэрри, потому что я думаю, что прежде всего это шоу о ЦРУ. Оно ведь о национальной безопасности, не так ли? Я думаю, что сценаристы оставляют за собой право делать то, что им заблагорассудится, каждый год. Они могут устраивать сюрпризы. Как, например, они могут не показывать Броуди целый сезон — а в конце он снова появится. Когда история достаточно сильная, они могут делать подобное с героями».

Действительно, Дэвид Невинс, президент подразделения развлекательных программ Showtime, недавно сравнил Homeland с
сериалом «Огни ночной пятницы» (Friday Night
Lights), где он также выступал продюсером. Это шоу перетасовывало всю команду между сезонами. «Вы не можете сохранять неизменное динамичным», — сказал он.

Так что вернется ли Льюис в четвертом сезоне? «Я самом деле… Я не знаю», — говорит Льюис. Это то, что партнерша Льюиса по сериалу, которую он зовет Дэнси, тоже стремится выяснить.

«Я должна — точнее, на самом деле у меня есть привилегия — сняться в семи сезонах, — говорит она. — Контракт обязывает меня участвовать в этом шоу долгое, долгое время. И я думаю, что без Броуди это действительно было бы совсем другое шоу».

Так что они оба подписаны еще на четыре сезона?

«Потенциально… теоретически, — говорит она, — да».

Хм. К этому моменту все те, кто жаждет продолжения истории Броуди и Кэрри, наконец могут расслабиться. Льюис обещает, что в этом направлении что-нибудь придумают.

«Да, — говорит он. — Будет что-нибудь, что удовлетворит всех».

***

Есть один показатель, говорящий о том, что вы действительно находитесь на гребне волны шоу-бизнеса, больше, чем обложки журналов, участие в ток-шоу Джонатана Росса, контракты с производителям скоростных авто и упоминание у Джей-Зи. Это наличие порнофильма-пародии. Esquire демонстрирует Льюису фильм для взрослых This Ain’t Homeiand… XXX, снятый Hustler Video.

«Кто это? — спрашивает Льюис, инспектируя персонажа на обложке на предмет сходства: крашенные в рыжий волосы аккуратно зачесаны, обтягивающая военная форма. — Ричи Калхоун — он же большая порнозвезда, не так ли?»

Если быть честным, сходство не особенно впечатляющее, но в любом случае лучше, чем вышло с Клэр Дэйнс. «Тара Линн Фокс — невероятно!» — посмеивается он.

Это заставляет его задуматься: «Вы знаете, в США они спародировали нас на шоу Saturday Night Live. Они сделали скетч по Homeland, где Кэрри в основном плакала, а я не двигал губами. Я был как лягушка».

Но ведь так ведет себя Броуди, правда? Он играет его скрытным, противоречивым.

«Нет, у меня на самом деле очень маленький рот. Дети дразнят меня по этому поводу, они говорят: «Папа, давай, открой рот широко, как только можешь. Нет, продолжай. Открой его шире»».

Действительно маленький рот? Серьезно?

«Не знаю. Преподаватель по вокалу говорил мне: «Мы не может вытянуть некоторые ноты. Ты знаешь, почему? Я назваю это «маленький рот / большой язык». Он просто звучит по-другому», — говорит Льюис. — Это заставляет меня чувствовать себя ящерицей».

***

Когда Дэмиан приходит на нашу вторую встречу в паб на севере Лондона, меня ожидает сюрприз. Он абсолютно лысый. Сейчас июнь, и он слетал в Северную Каролину, чтобы сняться в четвертом из двенадцати эпизодов следующего сезона Homeland (они продолжат снимать и монтировать оставшиеся эпизоды уже после того, как в сентябре начнется показ шоу).

«Немного похоже на липучку, — говорит он, потирая голову. — Я даже не могу нормально надеть шляпу — она как-то прицепляется».

Что об этом думает его жена?

«Ей действительно нравится, — говорит он. — Она говорит, что это как выходить в свет с танцором балета. Это ее милый способ сказать, что я не похож на участника Национального фронта (крайне правая организация фашистского толка в Великобритании — прим. пер.)».

Учитывая, что он только сегодня прилетел со съемок Homeland, можно предположить, что это часть маскировки Броуди: «На самом деле это связано с несколькими вещами, с работой. Но не надейтесь — я не расскажу вам большего».

В ближайшие 48 часов Льюис и его новая прическа отправятся на шотландский остров Малл для съемок независимого фильма The Silent Storm, которые продлятся четыре с половиной недели. В этой ленте также снимается Андреа Райсборо, а финансирует проект Барбара Брокколи, хранительница франшизы о Джеймсе Бонде, чья производственная компания редко делает вылазки за пределы территории Бонда. Льюис играет Бейлора, протестантского пастора, убежденного, что он единственный истинный посланник Бога.

«Он человек веры и религиозных убеждений; в его жизни происходит событие, которое выбивает его из колеи, и он не способен справиться с ним, несмотря на свою веру, — рассказывает он. — Я полагаю, это произведение о зияющей пропасти между идеологией и личным опытом».

Сегодня Льюиса дома ожидало нечто еще более утомительное, чем джет-лег. «Я запаздываю с налогами», — стонет он. Он провел утро, разбираясь со счетами, и говорит, что налоговик дал ему передышку только с графой «авторский гонорар в 79 пенсов за продажу «Пуаро» в Парагвай».

Мы заказываем обед. Льюис выбирает что-то с лебедой киноа, а когда приносят, кажется разочарованным: «Ох, это выглядит так по-взрослому».

Я спрашиваю, согласен ли он на то, что наша беседа будет записываться, и включаю диктофон. «Да, — говорит он, — если только у вас не офигенно хорошая память».

***

Когда Дэмиан Льюис был маленьким, мама отвела его к терапевту и предъявила семейному доктору ультиматум: «Или он, или я, один из нас должен уйти».

«Сначала я был весьма робким мальчиком, — вспоминает Льюис. — А потом, к восьми годам, я стал совсем не робким».

Семья Льюисов вдохновляла на то, чтобы быть сильным, громким и упрямым. Во время воскресных обедов стол становился пространством для дебатов, где каждый надеялся озвучить свои идеи и отстоять их. И предки у него были соответствующие. Его дедушкой со стороны матери был сэр Иэн Боувотер, лорд-мэр Лондона в 1969-1970-м, рыцарь Британской Империи и награжденный знаками отличия подполковник Королевской артиллерии, участник Второй мировой. Среди прочих родственников — врач королевской семьи и сэр Альфред Йерроу, корабельный магнат, значившийся среди ведущих мировых строителей фрегатов.

В начальной школе в Сассексе Льюис стал старостой. «В мои обязанности выходило выключать все лампы, — вспоминает он. — Я был ответственным молодым человеком». Потом он вспоминает менее ответственные поступки: «Мы совершали полночные налеты на кладовую. Прокрадывались в спальни девочек. Устраивали ночные пирушки. Связывали простыни вместе и спускались из окна четвертого этажа за тапочками, которые сами же выкинули». Это было, как он говорит, в стиле «Школьных годов Тома Брауна».

Потом был Итон: «И внезапно эти важные фигуры съехались из своих школ. И ты оказался окруженным лучшими из лучших». Льюис разработал что-то вроде собственного стиля, выбираясь на Кенсингтонский рынок за рубашками пейсли и проводя часы, пытаясь идеально уложить челку пеной для бритья. Также он организовал театральную группу «Хамелеоны»: «Я понимал, что хочу актерской игры, хочу играть на гитаре и играть в футбол и крикет. В академическом плане я замедлился до почти полной остановки».

У частного образования есть свои плюсы и минусы, но многим интересно, является Итон сам по себе особым случаем. Направляет ли он своих учеников на какой-то особый путь, в отличие от всех остальных заведений?

«Ну, люди говорили об этом, — говорит Льюис. — Я не обязательно должен видеть что-то подобное, раз я сам оттуда. Но Итон действительно необыкновенное место. Если только вы не собираетесь в Оксфорд или Кембридж, вы чувствуете, как будто вы уже побывали в лучшем университете. Потому что там непревзойденные условия. История, чувство причастности к традиции — это вне конкуренции».

Итак, Льюис избежал университета и отправился в Гилдхоллскую школу музыки и театра. Выпустившись в 1993-м, он быстро насладился заметным успехом на сцене. С труппой Королевского шекспировского театра он играл в «Гамлете» на Бродвее в 1995-м, а в Национальном театре участвовал в «Столпах общества» Ибсена. Но потом, после «Братьев по оружию», телевидение стало его основным плацдармом.

«Он определенно всегда собирался далеко пойти, — говорит Кристофер Менол, режиссер «Саги о Форсайтах» 2002 года, где Льюис сыграл
эмоционально жестокого человека. «Он играл очень темного, мрачного человека без чувства юмора, но между сетами он был очень веселым. У него фантастическая мимика. Я помню его как комика: на нем был и жаргон, и танцевальные шаги. Неудивительно, что он обманул большинство американцев своей ролью в Homeland, убедив их, что он один из них».

«Он кинозвезда, — говорит Коринна Макфарлан, режиссер The Silent Storm. — У него есть способность комбинировать грандиозный уровень своего присутствия с чем-то деликатным и личным».

«Он идеальный актер, — говорит Мэнди Патинкин. — Съемки у нас безумно интенсивные, но он невероятно дисциплинирован и удивительный лидер. Он тот, с кем рядом люди чувствуют себя хорошо, кто закладывает ощущение хорошего дня. Вместе с Дэмианом я бы в любой день недели опустился на подлодке на морское дно».

«У меня не было стремления отправиться в США участвовать в телешоу, — говорит Льюис. — Это не тот случай, что я отказался от чего-то или решил, что нашел что-то получше. Просто жизнь поворачивает в разных странных направлениях. Я бы определенно хотел надеяться, что я еще не сыграл свою последнюю шекспировскую пьесу».

Один из бонусов телевизионной славы — вы можете снимать сливки с предложений, участвуя в тех передачах, в которых хотите, например, он несколько раз выступал приглашенным ведущим своего любимого телевизионного шоу Have I Got News for You и чувствовал себя обязанным извиниться перед Дэвидом Кэмероном за то, что повел себя грубо, столкнувшись с ним на Хэмпстед-Хит. В этом году он участвовал в детской передаче CBeebies, читая на ночь сказки вроде «У меня есть крокодил». «Я делал это для своих детей, а им, как оказалось, наплевать, — вздыхает он. — Мне продолжают звонить друзья, говоря: «Крошка Фифи видела тебя в этой передаче». Я говорю: «Если бы я мог получить какую-либо реакцию со стороны своих детей, это было бы великолепно». Мой сын больше интересуется Черепашками-ниндзя».

На самом деле он бы очень хотел поучаствовать в мюзикле.

«Он брал уроки чечетки весь прошлый сезон, — рассказывает Клэр Дэйнс. — Он человек песни и танца, чего, как мне кажется, никто не осознает. Он и Мэнди (тот много работал в музыкальном театре, прежде всего нью-йоркском Sondheim) на съемках представляют собой опасную пару: они не прекращают петь! Он бы хотел участвовать в крупном, впечатляющем мюзикле».

Со своей стороны Льюис помнит первые слова, которые он сказал Патинкину: «Мое имя Индиго Монтойя. Ты убил моего отца. Готовься к смерти!» — это бессмертная реплика Патинкина из «Принцессы-невесты» 1987 года. «Он посмотрел на меня в стиле: и мне придется провести с этим парнем пять месяцев?»

***

До того как Льюис въехал в свой дом в Тафнел-парке на севере Лондона, тот принадлежал другому британскому актеру, особо преуспевшему на американском ТВ, — Хью Лори. «Я до сих пор периодически получаю его почту», — говорит Льюис. Он выяснил, что Лори раньше жил в этом доме, примерно в то самое время, когда ему предложили роль в Life. Тогда только вышел первый сезон «Доктора Хауса», и «он стал глобальной звездой, что-то вроде того». Льюис никогда не встречался с Лори, но все же решил ему позвонить. «Я просто сказал: «Привет, это Дэмиан Льюис, я сижу в вашей спальне». Потом я сказал: «Итак, на что это похоже — заниматься этими вещами на ТВ? Я как раз собираюсь принять решение». И он дал мне совет. Он был очень мил».

И совет сработал: Льюис на два года переехал в Лос-Анджелес. Он нашел красивый дом на берегу океана. Его сын Галливер родился там, и Хелен была беременна дочерью Манон. Однако это было тяжело.

«Хью был наиболее честен, но никто не честен до конца насчет того, что значит работать на американском телевидении, — говорит он. — У тебя 70 рабочих часов в неделю и ты не видишь семью. Это часы на потогонном производстве. Пару раз я ехал по федеральной автостраде 405 в четыре утра и дорога начинала расплываться передо мной».

Сейчас он смотрит на эту проблему следующим образом: «Я просто не считаю себя, вы знаете, американским актером. Я не хочу такую жизнь. Люди прыгают из сериала в сериал и благодаря этому здорово живут. Это не то, чем я хочу заниматься. Я хочу заниматься театром, фильмами, снимать собственные вещи как режиссер, развиваться. Но прежде всего я хочу быть в Англии».

***

Дэмиан Льюис в замке Дуарт XIII века на острове Малл помогает своему сыну Галливеру вырезать из бумаги и клеить пауков. «Мои пауки все слишком узкие или слишком длинные, — говорит он. — Недостаточно широкие. Недостаточно крутые».

Он остановился здесь на время съемок The Silent Storm. Вчера его на подняли на гидроавтоподъемнике, спустили на веревке на крышу церкви пастора Бейлора, где он, обнаженный выше пояса, срывал черепицу. «На него нападает одержимость в стиле «Фицкарральдо» (эпический фильм Вернера Херцога 1982 года — прим. пер.) и он начинает разбирать собственную церковь, — объясняет Льюис. — Он срывает с себя всю одежду в приступе безумия. Это было больше похоже на Джеймса Бонда, чем на пресвитерианского пастора».

На следующей неделе он вернется в Северную Каролину для съемок в пятом эпизоде Homeland. После этого сезона в его планах еще один британский фильм. «Этот независимый сай-фай-проект, в котором я действительно хочу поучаствовать, называется Alone, — говорит он, — и он о человеке в космосе».

Это он там будет один?

«Да, — усмехается он, — теперь вы понимаете, почему это для меня так привлекательно».

Учитывая, что он последний из британских актеров на данный момент, добившийся большого успеха в США, ему наверняка уже предлагали роли супергероев?

«На самом деле нет, — говорит он. — Но ты просто должен делать то, что тебе интересно в этот момент. Если бы кто-нибудь сказал: “Мы хотим, чтобы ты сыграл Удивительного Человека в следующей франшизе об Удивительном Человеке”, я бы заподозрил, что в первый год это было бы нормально, а во второй — уже нет».

И все же есть роли, от которых невозможно отказаться. Например Бонд. Его жена Хелен снялась в «Координатах: «Скайфолл»», он работает с Барбарой Брокколи. Так что, он бы бросился в омут с головой?

«Да, думаю, это было бы чудесно, — говорит он о том, чтобы сыграть Бонда. — Дэниел делает удивительную работу, и он продолжит делать ее какое-то время. В общем, если что, буду решать эту проблему по мере поступления… Здесь, кажется, важно оказаться в нужном месте в нужное время».

Возможно. Хотя, кажется, Дэмиан сам кузнец собственной удачи.

Фотосессия Дэмиана Льюиса для октябрьского номера Esquire